- Молодцы, ребята, молодцы! Пусть аллах умножит вас! Да не проживу дня без вас!

Крестьяне молчали. Тогда Бала-Султан обратился к одному из парней:

- Джафарали, почему молчишь? Вы все чем-то расстроены? Или набедокурили?

Джафарали молчал. В это время послышался вновь топот. Отворилась дверь, и несколько парней втащили в конюшню какой-то тяжелый тюк. Мы подумали, что это тоже мешок с изюмом. Но оказалось не так: парни втащили в конюшню чей-то окровавленный труп.

Бала-Султан подошел близко, приоткрыл тюк, посмотрел на убитого и проговорил с горечью:

- Пропади вы пропадом! В чем провинился этот несчастный погонщик, что вы его убили, оставили его семью без кормильца?

Никто не проронил ни звука. Тогда Бала-Султан хлопнул обеими руками по коленям и стал кричать:

- Вай, вай, вай! Будьте вы прокляты!  Чего ж вы стоите!

Берите лопаты и кирки, скорее выройте в углу глубокую яму.

Бросим труп в яму и сверху прикроем навозом. За дело! Скорее! Не мешкайте! Надо спешить! Вай, вай!..

Парни стояли, понурив головы и не отвечая Бала-Султану. Одни из них не сводили глаз с тюка, другие стояли потупив-шись.

- Чего вы стоите? - торопил их Бала-Султан. - Чего раз-думываете? Теперь уж поздно думать. Скорее беритесь за лопаты!

Парни продолжали стоять, не отвечая Бала-Султану и не глядя на него.

- Оглохли вы, что ли? - рассердился наконец Бала-Сул-тан.- Сколько раз можно говорить одно и то же? В самом начале я предупреждал вас, чтобы не ходили на недоброе дело, беды не оберетесь. Вы не послушались меня, пошли и вот из-за нескольких мешков изюма убили человека. Но теперь уже поздно раздумывать. По крайней мере, скройте следы своего лиходейства.

Тогда один из парней положил обе руки на рукоятку своего кинжала, вздохнул и, закатив глаза, сказал Бала-Султану:

- Султанага, зарыть труп в уголке конюшни дело немудре-ное: возьму кирку и в одну минуту выкопаю глубокую яму, за-рою труп.