— Подъезжайте к путям, — сказал Тауринь спокойным, мягким голосом. — Бревна можно сразу же грузить на платформу.

Ян повернул воз влево и съехал с дороги. На запасных путях стояла почти пустая железнодорожная платформа, на которую только недавно был нагружен первый ряд бревен. Остановив лошадь у платформы, Ян развязал веревки и огляделся. У запасного пути и на складе не было ни одного человека.

— Господин Тауринь, а где же грузчики? — спросил он.

— Какие грузчики? — удивился Тауринь.

— Да те, которые будут грузить лес… — ответил Ян.

— Каких вам еще грузчиков? — переспросил Тауринь. — Разве вы сами, вшестером, не накатите бревна на платформу? Друг другу подсобите, вот и все.

— Ах вот как? — усмехнулся Ян. — А вы заплатите нам за погрузку?

Возчики, столпившись в стороне, прислушивались к их разговору. Тауринь сжал губы и о чем-то задумался, затем, пожав плечами, сказал, глядя в землю:

— Не все ли вам равно, куда сгрузить — на платформу или на штабель? Ведь все равно надо закатывать наверх. О лишней доплате не может быть и речи.

— Не о лишней, нет, а о той, которая полагается, — ответил Ян. — За те деньги, что вы платите Лаверу, я должен привезти бревна только на склад. До платформы мне нет никакого дела.

— Договор заключен с Лавером, а не с вами, — продолжал Тауринь в том же спокойном, вежливом тоне. — Ваше дело сделать, что от вас требуют, мое дело заплатить Лаверу сколько полагается. Лошадь принадлежит хозяину, а не вам, и мне нет нужды с вами пререкаться.

— Лошадь, верно, хозяйская, но руки мои, — возразил Ян. — С ними я делаю то, что мне нравится.