— Я и сам рад… с одной стороны.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что у каждой медали есть оборотная сторона.

— Тебя что, в должности понижают?

— Наоборот. Я утвержден начальником строительного участка.

— Какого, оглан?

— Имя ему — Рахмет!

Аджап с шутливой торжественностью провозгласила:

— Итак, передо мной — высокое «руководящее лицо. Начальник участка Рахмет. Строитель нового канала!.. — И уже серьезней добавила: — Не вижу пока у медали «оборотной стороны».

— Понимаешь, Аджап-джан… Ответственность большая. И задачи нелегкие.

Аджап глянула на него недоверчиво:

— От кого я ото слышу?.. Это ты-то боишься трудностей и ответственности? Ты — с твоими знаниями, опытом, энергией?.. Ну, знаешь… Нет слов.

Она даже руками развела.

А Бабалы про себя улыбнулся удовлетворенно. Нет, он с охотой принял почетное назначение, и его не смущали предстоящие трудности. Слишком многое ему пришлось пережить, чтобы пасовать перед ними. Да и отец учил его: из всех дел выбирай самое трудное, с легким-то любой справится, уважение завоевывают лишь победой над сильным противником!..

Он лукавил с Аджап — потому что ему хотелось испытать, проверить ее. И он с радостью убедился, что она его понимает, верит в него, она — его единомышленница!..

У него стало легко на душе, он проговорил повеселевшим тоном:

— Спасибо, Аджап-джан, за лестную характеристику. Я и правда ничего не боюсь. Да здравствуют трудности!

Аджап чуть обиделась:

— Я чувствовала, что ты меня разыгрываешь. Развел турусы на колесах: с одной стороны, с другой стороны…

Бабалы опять погладил ладонью щеку:

— Да нет, Аджап-джан, другая-то сторона все-таки есть. На стройке я буду… без тебя.

Аджап потупилась и промолчала.

— А я без тебя — не могу! Мы должны ехать вместе, Аджап-джан!