Один корабль приблизился и подал сигнал: сверкнул три раза всем корпусом через равные промежутки времени.

В корабле Шкрука громко щелкнуло и послышался голос:

— Привет, Шкрук. Как дела?

— Привет, Мрил. Все еще жив, старик?

— Жив, как видишь. Меня не так легко поймать за уши.

— Я думал, что ты давно висишь.

— Напрасно думал. Так как, упрямец, дела?

— Нормально, как всегда.

— Завидую я тебе, упрямец. Как тебя не спросишь, ты всегда отвечаешь, что нормально. Про себя я так не могу сказать. Дела мои — хуже некуда. Ничего нет. Давно даже не питался нормально.

— Сочувствую.

— Ладно. Все равно не верю. Лучше скажи, что добыл.

— Картофель.

— Повезло. Отличный товар.

— Благодарю за комплимент.

— Ладно. Не буду тебя задерживать. Лети.

— Лечу.

Мрил отключился. Шкрук завибрировал.

Лай подумал, что и тут космонавт не соврал. Он действительно был известен в космосе.

В подтверждение, словно уловив мысли пса, Шкрука приветствовали еще несколько кораблей:

— Привет, Шкрук. Как дела?

— Привет, Лемзик. Отлично.

— Привет, Шкрук.

— Привет, Свик.

— Привет, Шкрук. Как добыча?

— Привет, Пахом. Великолепно.

— Привет.

— Привет.

Разговоры были короткими: Шкрука знали, но не очень интересовались им, и приветствовали только ради того, чтобы в будущем, если интерес появится, иметь его в числе знакомых.

В поле зрения картофеля появился большой корабль, который пересекал курс корабля Шкрука.

— Прошу остановиться. Таможенная проверка, — после громкого щелчка, раздался голос.

— В чем дело? — делая вид, что ничего не понимает, спросил Шкрук.

— Обычная таможенная проверка. Прошу остановиться.