Ожидание, хлопоты, встреча. Даже комнатку свою Катя заново побелила.
Меня пригласили. Как они были не похожи! На фоне величавой, властной сестры Катя выглядела щупленькой, маленькой. Сестра распоряжалась, угощала, объявилась хозяйка, а Катя в услужении у неё, всё время боится не угодить.
Муж сестры Николай Петрович во всём повиновался жене. Был он лет на пятнадцать её моложе. Длинная, высоченная его фигура как-то совсем не вписывалась в Катину маленькую комнатку, казалось, он всё время испытывает неловкость, не знает, как повернуться, встать, сесть. Деликатный, предупредительный, тихий. Работал он на Кубани киномехаником, умел всё смастерить.
— Золотые руки у Николая Петровича, золотые руки, — с гордостью говорила Катя.
Погостили они с месяц в Москве и уехали к себе на Кубань. А Катя всё вспоминала. Нет-нет да и похвастается зятем, видно, пришёлся ей по душе.
Началась Великая Отечественная война и надолго разлучила их с Катей. В те годы всем хватало горя, и Катя, всегда участливая к чужой беде, не была одинокой. О своих она ничего не знала. Только в самом конце войны получила письмо от сестры. Та сообщила, что наконец встретились с Николаем Петровичем. Остались они без крова. Получил он на фронте тяжёлое ранение, вернулся к ней без руки.
Катя вся отдалась заботам о них. Опять собирались посылки.
Съездила она к ним на Кубань и вернулась с новой заботой: решила строить им дом. Влезла в долги. Работала на двух работах. Всё распродала, что имела. И помогла им купить домик в станице. Теперь каждую весну спешит Катя туда, как на праздник, работать в огороде, сажать, полоть.