Ольга была химиком по образованию, когда-то окончив МГУ, собиралась заниматься фундаментальной наукой, придумывать состав губок для очистки водоемов от нефти.

Но страна рассыпалась на куски, институт превратился в склад китайских сумок, пришлось ездить с подружкой в Турцию за шмотками, работать администратором в кафе, преподавать в платном лицее. И только через годы вернуться к любимой воде, но уже на общественно-организационном коне.

Будучи химиком, Ольга понимала, что эколог – это не столько мировоззрение, сколько сумма знаний, и спешила реализовать свои знания и умения. Раздражаясь тем, что жизнь востребывает потенциал таких, как она, значительно медленнее, чем погибает мировая вода. И можно просто не успеть.

Она вырастила детей, тащила на себе пожилых родителей, дожидалась внуков, сохранила добротную ауру брака, завоевала авторитет в профессиональном сообществе, можно сказать, сделала экологическую карьеру, но… ее притязания простирались шире. Она была по-настоящему «зеленой», а это значит, относилась к воде как верующий к своему верховному богу.

Ольга понимала, что долгие годы только получала от воды и теперь пришел возраст отдавать ей в полную силу. Это было самоедством миссионера, не находящего поддержки у окружающих. Но она была неисправимым интровертом, и мнение окружающих было ей по фигу.

– Лиза, ты помнишь, что я делаю доклад о состоянии мировой воды? – строго спросила она, подойдя к Золотовой, хотя было понятно, что организм продюсерши фестиваля находится во власти совсем другой жидкости.

– Делаешь, зануда! Конечно, делаешь! Еще как делаешь! Каждый фестиваль одно и то же долбоебство! Каждый фестиваль ты нам выносишь мозг со своей водой! Делай хоть о воде, хоть о… ой, извините, тут дети! – залилась колокольчиком Золотова, тряся белокурой гривой. – Начальнику фестиваля Динке про воду и скажешь! Она нас встречает в Неаполе! А меня не грузи по мелочам!