Несколько неожиданным было присутствие в этом кабинете директорши ювелирного магазина «Сапфир». Вызов в отдаленный район из центра был для нее оскорбителен, и она не пыталась этого скрывать.

Сильно отличался от всех собравшихся дочерна загорелый человек с живыми, блестящими глазами. Это был начальник райфинотдела. Он только сегодня вернулся из отпуска и все еще не мог настроиться на деловой лад..

Сам председатель райисполкома, чуткий и мягкий человек, рачительный хозяин, сумевший добиться замечательных показателей, сохранял на лице выражение достоинства и готовности отвечать за все, что произошло в его районе.

И был районный прокурор. В полной форме советника юстиции соответствующего ранга. Несмотря на свое серьезное служебное положение, районный прокурор был не лишен юмора и начал свою речь почти классическим заявлением:

— Я пригласил вас, товарищи, с тем чтобы сообщить вам пренеприятное известие...

— К нам едет ревизор! — рассмеялся загорелый начальник райфо.

— Отнюдь, — строго сказал прокурор. — Гораздо хуже. Восемь дней назад ко мне поступила жалоба...

На голове Михаила была теперь модная шерстяная горнолыжная шапочка, а из-под ворота грязного ватника выглядывал краешек пестрого кокетливого шарфика. Он стоял вместе с Генкой и Петровичем во дворе «Агропрома». Крановщик засыпал удобрения в их машины.

— Сегодня у Ксении в клубе вечер французской песни. Придете? — спросил Петрович.

— Об чем речь, — сказал Михаил.

— Нет вопросов, — поддержал Генка.

Крановщик засыпал последний ковш в кузов и заорал:

— Эй, миллионеры! Все! Поехали!..

— Петрович! Мишаня! Умоляю!.. — быстро проговорил Генка. — Махнем через район! Всего лишних три с половиной кэмэ. Мне вот так надо! — И Генка полоснул ребром ладони по горлу.