Под ногами валяются папирусы, пергаменты, дощечки. В них – вся моя жизнь. Моя личная переписка с Цезарем, Антонием и другими царями. Быть может, все это сжечь? Нет. Надо перебрать. Уничтожить только самое опасное, а все остальное оставить. Кто знает, может еще пригодится. Ведь Октавиан тонко дает мне понять, что сумеет спасти, сохранить мою жизнь, оставить за мной все мои привилегии и титулы. О, боги, боги, могла ли я тогда в Риме представить себе, что этот сопливый и тихий мальчишка будет в своих руках держать мое сердце? Оскорбляя его своей заносчивостью и надменностью, я нажила самого злейшего врага. Мстительный гаденыш!

Сев на пол, я принимаюсь перебирать личный архив. Столько лет ушло на его собирание, и вот… Письма, просьбы, доносы, тайные указы, планы дворцов… Я грустно улыбаюсь. Вот он. Самый первый план дворца, который когда-то меня заставил выучить Аполлодор. Дворец, в котором я провела свои детство и юность. Страшное место, кровавое. Сколько всего я в нем повидала, пережила. А сколько было смертей… Глупых, безумных, но необходимых. Этому научил меня отец. В жизни царей все смерти необходимы, даже самых близких и любимых людей. Только сейчас я понимаю, как же он был прав. Справа я кладу то, что собираюсь сжечь, а слева то, что пока можно оставить. А это что? Я беру в руки дощечку. Много лет назад, коряво выводя буквы, я записала: «Первого числа лекции по медицине. Молодой лекарь Олимпа будет объяснять внутреннюю работу органов человека. Со второго по пятое число лекции по математике». Мягкая улыбка трогает мои губы. Сколько милых сердцу воспоминаний… На дощечку капают слезы. Это все усталость последних месяцев, переживания, волнения… Я готова плакать из-за любого пустяка. Но ведь это не пустяк! Это моя юность!

Забыв про архив, я подхожу к окну, крепко прижимаю к груди дощечку. О, боги, как же она сохранилась? Я вдыхаю в себя ароматы моря, вглядываюсь в мерцание звезд, укутываюсь в ночную мглу, и в моем сердце тлеет слабая надежда: быть может, боги дадут мне шанс все исправить? Я окунаюсь в ночную тишину, прислушиваюсь к дыханию своего прошлого.



14 из 231