Ключарев кивнул: понятно. Как и все люди, Ключа рев полагал, что с врачами не спорят. Он переспросил:

- Значит, вы вызовете сюда его мать?

- Не я. Вы. - И врач, словно он тоже считал, что Ключарев виновен перед беднягой своими удачами, су рово посмотрел на него. Так Ключареву казалось. Хотя это был обычный взгляд загнанного и задерганного за сутки врача. - Вы вызовете. А мне надо идти. Я дважды уже присылал сюда сиделку. Сейчас она дежурит у бо лее тяжелого.

Ключарев кивнул. Он нашел адрес и отослал много словную телеграмму в Рязанскую область. Почта, на сча стье, оказалась в двух шагах, и никакой такой очереди у окошка не было. Ключарев отметил с горькой усмеш кой везет, мол, этому Алимушкину.

Когда Ключарев вернулся с почты, врача не было. Алимушкин извинился за возникшие хлопоты, извинил ся жестом руки: прости, дескать, пришлось тебе похло потать. Жестом же он предложил: давай, мол, в шахма ты, если не торопишься. Алимушкин сам дотянулся до них рукой, шахматы стояли у изголовья. Ключарев почти не глядел на доску. Он передвигал фигуры и глядел на пол, где бегали лакированные тараканы.

Сразу же после Алимушкина Ключарев зашел к под руге жены - он ее отыскал. Адрес был записан на лис точке: Малая Пироговская, 9, кв. 27. Этот адрес Ключа рев нашел в записной книжке жены. А записную книжку он потихоньку выудил у жены в сумочке... Теперь он пришел и назвал себя: здравствуйте, я Ключарев. Вы ведь дружны с моей женой много лет - верно? а с вами мы, как ни странно, незнакомы.

Такой у Ключарева был тон, почти дружеский. На са мом же деле он был сильно раздражен, и это вот-вот должно было всплыть на поверхность. Пока еще было начало разговора.

- Очень приятно,- сказала подруга жены. Она была полная, даже пышная медлительная женщина. Ключа рев подумал, что ей только и сидеть у телефона сутками напролет. С такими формами и с таким задом. Это он уже начал раздражаться.

- Извините меня, но я буду с вами резок. Мне надое ла ваша телефонная суета.