Осенью в Петрограде произошло вооруженное восстание. Поначалу это событие не показалось моему отцу серьезным и значительным. Просто очередной переворот. В газетах, которые я покупал отцу, замелькали новые слова — Ленин, Троцкий, Совдеп… Еще не закончилась мировая война, а уже началась Гражданская. Пришел голод. В нашу семью тоже.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
В ДАЛЬНЮЮ ДОРОГУ
«Красная газета»
1 марта 1918 г.
Помощь детям бедноты.
При Наркомпросе образовалась комиссия по устройству детских клубов и колоний в общегосударственном и всероссийском масштабах.
8 марта
Запись детей в колонии производится в 1-м гор. районе на Литейном пр., 2, 35.
28 марта
Отправка детей рабочих.
Вчера, 27/3, в 6 час. комиссия по организации детских колоний при Наркомпросе отправила в Уфу группу детей от 5 до 15 лет в количестве 700 человек. Дети выехали с Варшавского вокзала в санитарных поездах. С ними едут 7 врачей и на каждых 40 детей — один руководитель-учитель. Намечается 4-я группа, которая будет отправлена в Вятку.
31 марта
Правила отправки детей.
Дети, отправляющиеся в колонии, должны иметь: удостоверение с печатью районного Совета рабочих и крестьянских депутатов и с печатью общей больничной кассы. Возраст детей должен быть не менее 4 и не старше 15 лет.
2 апреля
Запись детей в колонии продолжается.
В тот февральский вечер мы не договорили с Петром Александровым. Он спешил домой. Новая наша встреча состоялась через три дня, перед моим отъездом из Ленинграда, в гостинице.
Заурядный одноместный номер. Только одна приметная деталь — чудная гравюра с мостиком через канал Грибоедова.
Войдя, Александров так и застыл перед ней. Он не сказал ни слова, а только покачал головой.