
Подчиняясь давно заведенным правилам, родители девочки послали регенту список имен, которыми они желали бы назвать своего ребенка, — Виктория (в честь матери), Джорджиана (в честь регента), Александрина (в честь русского царя Александра), Шарлотта или Августа (в честь своих тетушек). Регент долго хранил молчание и только за день до таинства крещения сообщил в письменном виде, что не может позволить назвать девочку Джорджиной, чтобы не ставить свое имя перед именем русского царя. Он также выразил неудовлетворение именами Шарлотта и Августа, сообщив напоследок, что выскажет свою точку зрения на церемонии крещения.
Крещение ребенка проходило в церкви Кенсингтонского дворца, стены которого по этому случаю были украшены темно-красной бархатной тканью. В торжественно обставленной комнате установили большую серебряную чашу, которую впервые использовали как купель в 1688 г. для крещения племянника короля Англии Карла II принца Якова Фрэнсиса Эдуарда Стюарта, «старого претендента» на королевский трон. Рядом в терпеливом ожидании стояли архиепископ Кентерберийский Чарльз Маннерс-Саттон, внук герцога Ретленда, и епископ Лондона Уильям Хоули, образованный, но, по словам Чарльза Гревилла, «очень ординарный человек», который сменит Маннерс-Саттона на посту архиепископа в 1828 г.
