В половине десятого вечера я стоял в дверях клуба «Ультра» и чувствовал себя полным идиотом. Охранник, стоявший напротив, вероятно, чувствовал, что меня не следует пускать, но в руке у меня была гостевая карта, подарок Алены. Поначалу я предлагал ей впустить меня со служебного входа, но она побоялась, что нас увидят вместе, и вручила мне карту. Карта свидетельствовала о том, что меня пригласила администрация клуба «Ультра». Охранник пристально осмотрел мой не слишком новый пиджак, черные джинсы и, судя по его лицу, выбор администрации не одобрил.

Карта все-таки сработала, охранник со вздохом отодвинулся, и я прошел через металлоискатель, после чего оказался в небольшом коридоре, который в свою очередь вывел меня в большой темный зал, расцвеченный огоньками настольных ламп в форме подсвечников; лампы украшали столики и давали возможность посетителям читать меню, а потом и сравнивать содержимое принесенного блюда со сделанным заказом.

Меня проводили за столик, правда, весьма отдаленный от сцены. Несмотря на полумрак, наметанные глаза метрдотеля разглядели, что я – гость далеко не высшего класса. Заказав чашку черного кофе, я подтвердил свою репутацию. У меня также возникла идея заказать бутерброд с сыром, но я решил, что за такое издевательство над клубом меня могут попросту вышвырнуть вон. Еще до того, как начнется главное.

Главным была Алена. Она появилась на сцене в десять, когда я покончил с двумя чашками кофе и медленно, но верно поглощал крабовый салат, который стоил столько же, сколько три килограмма хорошей говядины на рынке. Но сегодня вечером я был богат. А источник моего богатства занял место рядом с микрофонной стойкой.

Алена была в платье синего бархата, оно скрывало ее ноги, но открывало все остальное. На сцене включили подсветку, и теперь можно было видеть стройный силуэт у края площадки. Постепенно прожектора становились настойчивее, поднимаясь все выше и выше, к плавным изгибам бедер, к груди, плечам...