— Привет вам, молодежь, — невнятно произнес он, — прошу извинить, смесь Пелея не для моего желудка.

Демаратос сделал шаг вперед.

— Нас пригласили на пир, — заявил он.

Спартанец поднял брови, изобразив удивление.

— Правда? Знаете ли, это Речной Камыш. И вы оба считаете, что здесь для вашего брата найдется место?

Лисандра нервировал тон, каким спартанец произнес эти слова.

— Я прикончил Вомису копьем, — сказал он.

Улыбка исчезла с лица спартанца, и он вдруг протрезвел.

— Так это был ты? Да, теперь я вспомнил. Ты объявил о начале погребального ритуала Сарпедона. Ты Лисандр, верно?

Лисандр кивнул, затем указал на Демаратоса.

— Это Демаратос. Он спас внучку эфора Сарпедона, увезенную на персидский корабль.

— Мое имя Фалерий, — представился воин. — Пелей ждет вас. Идите за мной.

Простые слова в его устах прозвучали не как приглашение, а как приказ.

Спартанец подвел их к двойной двери столовой.

— Если Пелей ждет нас, — прошипел Лисандр, — к чему все эти вопросы?

— Для спартанцев это привычное дело, — ответил Демаратос, поспешая за Фалерием. — Им хочется знать, из чего сделаны новички.

Спартанец распахнул двери, и Лисандру в ноздри ударил воздух, насыщенный тошнотворным запахом пота и еды.

За длинными деревянными столами сидело не менее сотни человек. У многих на лицах образовалась корка от запекшейся крови, их руки и ноги были перевязаны кусками ткани, оторванными от плащей. На столе возвышались караваи хлеба, наполненные кусками мяса большие деревянные блюда и несколько кувшинов.

Спартанцы умолкли, развернувшись друг за другом, и пристально уставились на Лисандра и Демаратоса.

Фалерий сел на скамью рядом со спартанцем с черными, как уголья, глазами. У того был приставной деревянный нос, закрепленный на лице ремнями.