-- Вы же на основании этого приказа будете метрику хлопотать?

-- Да.

-- Ну вот. Милиция не позволит.

Секретарь снял очки, зажмурился от света и поманил Тулупова поближе. У него был симпатичный взгляд, и сразу стало ясно, что снеговые очки он носит просто для приличия.

-- Попробуйте наведаться к Башлыкову, -- оглянувшись по сторонам, тихо сказал он. -- Он всю жизнь возится со снежными деревьями. Может быть, он вам поможет.

-- Какой Башлыков?

-- Из Отдела Узоров на Оконном Стекле.

-- Он же на пенсии.

-- Вот об этом с ним как раз не стоит разговаривать, -улыбнувшись, сказал секретарь. -- О чем угодно, кроме пенсии. А то вы получите не снежное дерево, а фиговое. Вообще к нему стоит заглянуть, у него сад прекрасный.

Он надел снеговые очки и, чтобы все его пугались, свирепо выдвинул нижнюю челюсть.

-- Понятно, -- сказал Тулупов. -- Пошли.

Тут произошли два события одинаково важных. Во-первых, выходя из Министерства, дядя Костя оступился и сильно подвернул левую ногу. Во-вторых, случилось то, чего никто не ожидал, кроме Тулупова, утверждавшего, что в Министерстве напутали с мартовскими метелями: по радио сообщили, что завтра начнется сильный шквал. О шквалах обычно не сообщают, а тут не только сообщили, но и посоветовали: птицам сидеть по гнездам, а милиционерам привязать к ногам что-нибудь тяжелое, потому что они, как известно, не могут уйти с поста даже в самую плохую погоду.

Пока дядя Костя хлопотал о Настеньке, Петька читал ей "Таинственный остров". Слушая, она штопала что-нибудь или шила. В интересных местах она поднимала глаза, взмахивала ресницами, и у Петьки -- ух! -- с размаху куда-то ухало сердце.