— Табак в Виргинии — второе золото, сэр, — пояснил Кендолл, — но и гвозди тоже. Длинный гвоздь идет за фартинг. Мелкая монета такая редкость, что я везу с собой из Лондона целый бочонок медного лома.

Кендолл также предупредил сэра Мэтью о смертельной опасности лихорадки и колик, грозящих новичкам, и посоветовал всегда иметь под рукой изрядный запас коры хинного дерева и хорошего бренди.

Настал день, когда на западной части горизонта они увидели легкую дымку. Капитан Кэрвер поднялся на мостик со своей самой мощной подзорной трубой и объявил, что корабль приближается к берегу. А сорок восемь часов спустя раздался радостный крик впередсмотрящего:

— Земля!

Ланс бросился к отцу, игравшему в кормовой рубке в кости с Роджером Кендоллом.

— Виргиния! — кричал мальчик. — Показалась Виргиния!

Сэр Мэтью усадил своего сына себе на колено, продолжая наблюдать за Кендоллом, отчаянно трясшим стакан с костями.

Выпало два и один.

Сэр Мэтью улыбнулся:

— На этот раз Пео, не так ли?

— Да, сэр. Вы выиграли.

— Не желаете ли сыграть еще?

Колонист с досадой покачал головой:

— Увольте! Я и так почти все потерял. Сначала деньги, а теперь и Пео!

Сэр Мэтью и Ланс поднялись на палубу.

— Я выиграл Пео для тебя, сын, — объявил старый вояка.

На первый взгляд Виргиния показалась Лансу страной бесконечных дремучих лесов. Гигантские деревья, рядом с которыми могучие дубы и тисы Англии казались жалким подлеском, захватили оба берега Джеймс-ривер, а некоторые из них высились прямо посреди реки, словно стремясь подчинить себе не только сушу, но и воду.

Когда «Красотка Мэри» подошла к берегу, матросы собрались на шкафут, пугая друг друга ужасными историями о потерпевших кораблекрушение, сведенных с ума волками, змеями и птицами-людоедами, что обитали в диких чащобах Виргинии.